понедельник, октября 19, 2009

Познавательное. О себе


Циник - это человек, который учуяв запах цветов, озирается в поисках гроба. © Генри Менкен



Никогда не считала себя циником, честно говоря. Но вот вчера мне подняли веки открыли глаза.... В поисках циничности в себе любимой, я решила покопаться в памяти. А память, кажись, взяла тайм-аут, представляете? Может мне кто-нибудь напомнить случаи, когда я была циничной, интересно до ужаса! =)

Откуда вот во мне это взялось? Приходится, конечно, иногда быть колючей. Но это совсем не то... То, что я хихикаю иногда...   А может быть, мое хихиканье — это что-то вроде защитного механизма? Ну, знаете, чтобы совсем с катушек не слететь. А то ведь я с самого рождения балансирую на грани сумасшествия =)
Есть, конечно, у меня в голове культивированные калифорнийские тараканы... Я сумбурная вся, суетная, рассеянная, растыка та еще и разговаривать не умею толком... Но цинизм...не очень я пока догоняю. Это, ваще офигеть как интересно, конечно... но ко мне-то какое отношение имеет?
Вот так, я значит вам наябедничала, что атмосфера в моем окружении для моего счастливого существования не приспособлена и с дурацким хихиканьем убегаю дальше работать. А вы мне пока оставляйете комментарии про мою подлючественную персону, чтобы мне уже по итогам можно было выбрать какое-нибудь симпатичное местечко под березкой и начать копать могилку моим злостным обидчикам =)

На десерт:
Не пошла сегодня на тренировку, задержалась на работе. Начальник попросил написать отчет по проделанной работе. Я добрых три часа потратила на последовательное изнасилование своей памяти, с боем выдирая из нее воспоминания о сдатых проектах. Когда отчет был благополучно дописан, напечатан и сдан, я недовольно ворча выползла на улицу, провожать меня пошел мой начальник. Ветром на меня дунуло так, что я мгновенно покрылась пупырышками, как тепличный огурец и поменяла цвет кожи с розового на насыщенный баклажанный с нежным фиолетовым отливом в свете фонарей. Начальник проникся и убежал обратно в офис. Вернулся, когда меня уже впору было откапывать из сугроба и достал из недр куртки нечто на палочке, на которое мы оба уставились с неподдельным ужасом. Наверное, когда-то давно, еще во времена Второй Мировой, это жуткое приспособление представляло собой зонт (уже тогда поломанный). Годы шли, а зонт все лежал и лежал, ожидая своего звездного часа. И час пробил — триумфальное явление зонта народу вызвало во мне бурю противоречивых чувств. Во-первых, на улице самая настоящая метель (то есть совсем не дождь, так что не сезон ходить под зонтом), а во вторых зонт был мало похож на зонт.  Но мои мольбы не были услышаны, и зонт был торжественно открыт. Весёленкая такая расцветочка у него, кстати, оказалась — желтенькая,  с абстрактными рисунками. Сильно подозреваю, что рисуночки —это всего лишь аккуратно размазанная вековая пыль. Глянула я на это зрелище и сильно засомневалась в психическом здоровье своего начальника — сурьезный такой дядька с сосредоточенной рожей под желтеньким зонтиком взирает на меня жалобными глазами. Из горла вырвался гнусный смешок. Начальник обиделся и сказал, что зонт мне не даст. Ну я не расстроилась и побежала на остановку. Рядом со мной бежала пытающаяся взлететь Мерри Поппинс мой начальник, обгоняя меня, когда ветер, усиливаясь, раздувал несчастный зонт аки парус. Всю дорогу до дома я истерически хохотала, распугивая редких попутчиков...